Румыния и Бессарабия

Румыния, как и Польша, считалась одним из главных военных противников СССР, ударным авангардом стран Запада (в первую очередь Англии) в случае войны. Разведка в Румынии велась с нелегальных позиций, так как дипломатические отношения между Москвой и Бухарестом до 1934 г. отсутствовали.

На территории оккупированной Румынией Бессарабии резидентура Разведупра действовала с 1919 г. Ее первым руководителем был Исай Константинович Парфелюк.

Он родился в 1885 г. в с. Кицканы под Бендерами в крестьянской семье. В 1914 г. был призван в армию и после окончания унтер-офицерских курсов направлен на Юго-Западный фронт командиром разведроты. За храбрость в боях во время Брусиловского прорыва Парфелюк был произведен в офицеры и награжден 13-ю наградами, в т. ч. орденом св. Георгия всех 4-х степеней и именным Георгиевским оружием за храбрость. К октябрю 1917 г. Парфелюк был уже полковником и командиром 766-го Шипкинского пехотного, а затем и выборным командиром 55-го Подольского полков. Позднее он служил в Красной Армии, воевал с махновцами, был начальником разведотдела 14-й армии, а с 1919 г. руководил нелегальной резидентурой военной разведки под фамилией Семенов. Под его руководством резидентура добывала ценные сведения о составе и вооружении румынских войск, связях румынских военных и полицейских органов с белогвардейскими формировании, о политической ситуации в Румынии и Бессарабии. В 1921 г. он был арестован по доносу провокатора Микулича, но во время массового бессудного расстрела ему удалось бежать. Он продолжил работу в подполье, уделяя, по заданию Центра, большое внимание бежавшему в 1921 г. в Румынию Махно и его окружению. Однако в январе 1923 г. он был арестован в Кишиневе на конспиративной квартире и после двух месяцев допросов и пыток в марте 1923 г. по «процессу 56-ти» был осужден военным трибуналом 3-го корпуса румынской армии к 20 годам каторжных работ. В августе того же года его товарищи из разведки организовали ему побег, подкупив начальника кишиневской тюрьмы.

Позднее Парфелюк работал в МОПР и Всемолдавском союзе охотников. В 1937 г. он был арестован и в 1941 г. расстрелян в лагере.

В Румынии в конце 20-х гг. на советскую разведку работало большое количество коммунистов из разных стран. Среди них американец Николас Дозенберг, австрийцы Карл Небенфюр и Франц Клауда, итальянец Арнальдо Сильва (более подробно о нем в разделе про Италию).

Прибалтика

Когда в 1921 г. в прибалтийских государствах появились советские военные атташе, вместе с ними в качестве секретарей или помощников прибыли и резиденты Разведупра. Разумеется, сами прибалтийские государства не представляли военной угрозы. Но их территория вполне могла быть использована как плацдарм для агрессии против Советской республики. И именно поэтому Латвия, Литва и Эстония находились под пристальным вниманием советской военной разведки.

Так, к началу 1922 г. в Латвии была создана агентурная сеть, насчитывавшая более 20 человек, которой руководили Мартин Зелтынь, работавший под видом кассира советского посольства Яна Соирио, и помощник военного атташе Андрейс Виксне. В число агентов резидентуры входили люди, работавшие в организационно-мобилизационном и административном отделах Генерального штаба Латвии, в штабе пограничной дивизии, в главном таможенном управлении, на артиллерийском складе и т.д. Через агента — офицера Генштаба — в 1922 г. резидентура получила мобилизационные планы Генштаба, а также штаты частей и соединений латвийской армии на военное время. В том же 1922 г. Зелтыню удалось раздобыть важные материалы Варшавской конференции министров иностранных дел Латвии, Эстонии, Финляндии и Польши, проходившей с 13 по 17 марта 1922 г., и завербовать высокопоставленного сотрудника Государственного контроля Латвии Альфреда Витолса. За приличное вознаграждение (от 25 до 40 тысяч рублей за документ) он поставлял особо ценную информацию о латышской армии.

Однако успех длился недолго. 9 января 1923 г. Зелтыня арестовали в отдельном кабинете рижского ресторана «Мариенбад». А за последующие два с половиной года латвийская контрразведка раскрыла и арестовала почти всех агентов резидентуры. Так, в марте 1924 г. была разгромлена агентура в латышской армии, которой руководили второй секретарь советского полпредства Волгин и его помощник, служащий транспортного отдела полпредства Лев Миллер. Он держал явку в лавке Зиверта на улице Матиса. Среди арестованных агентов Волгина были Трейчунас, Жуковский и другие. Основной причиной провалов стала активная и профессиональная работа латвийской контрразведки, установившей плотное и систематическое наблюдение за всеми работниками советских учреждений. Кроме того, зачастую провал происходил в результате плохой подготовки как агентов, так и оперативных работников Разведупра.

В результате к середине 1925 г. в латвийской резидентуре осталось всего два агента. Сложившееся положение надо было срочно исправлять, и в сентябре 1925 г. в Ригу направили нового резидента — военного атташе Анина. За год работы он сумел наладить, а точнее, воссоздать агентурную сеть. И уже к исходу 1926 г. она довольно полно освещала состояние вооруженных сил Латвии. Более того, один из агентов добывал сведения из посольств Англии и Японии, а также латвийского министерства иностранных дел. Всего с 1 октября 1925 по 1 октября 1926 г. от резидентуры было получено 769 материалов по различным вопросам.

Но вслед за успехами последовали провалы. В 1926 г. арестовали Альфреда Витолса, а также сотрудника советского полпредства Белова. Анин был объявлен персоной «нон грата» и выслан из страны. В период с января по ноябрь 1926 г. в Латвии было ликвидировано 5 советских разведывательных групп, арестовано 40 человек, занимавшихся, главным образом, военным шпионажем.

Тогда для усиления агентурной работы в сентябре 1926 г. в Ригу командировали Карлиса Ланге, официально занявшего должность секретаря военного атташе, которым был И.Г.Клочко, а с августа 1927 — полковник Ф.П.Судаков. Прибыв в Ригу, Ланге развернул активную разведывательную деятельность, занимаясь прежде всего сбором информации по латвийской армии. С агентами он работал лично, сделав местом конспиративных встреч с ними мебельный магазин Тайца. К.Ланге активно помогала Антония Биндже, чей брат служил в ОГПУ в Москве. На своей даче на берегу озера Балтэзерс она часто устраивала приемы для латышских офицеров, а некоторое время там даже проживал бывший командующий латвийской армией П.Радзиньш. Антонии Биндже удалось завязать знакомства с офицерами штаба Видземской дивизии — старшим лейтенантом Кактиньшем, ранее служившим в Красной Армии и капитанами Зандбергсом и Званерсом.

Но и К.Ланге уже через полтора года постигла неудача. 11 мая 1928 г. он был арестован с поличным — при нем нашли мобилизационные планы латвийской армии и сведения о сотрудничестве Латвии с Польшей. После этого К.Ланге и Ф.Судакова выслали из Латвии, а Антония Биндже получила пять лет каторги.

В мае 1929 г. советским военным агентом в Латвию назначают Николая Смирнова, который до этого в 1927-1929 гг. работал в Финляндии. Там он создал обширную разведывательную сеть, но после провала части агентуры был вынужден покинуть Хельсинки. Прибыв в Ригу и ознакомившись с ситуацией, Смирнов приступил к работе, и уже к декабрю 1930 г. его агентурная сеть насчитывала около 15 человек.

Что касается Литвы, то там дела обстояли хуже. Литовская контрразведка полностью блокировала любые попытки вести на территории страны какие-либо разведывательные операции. В результате вооруженные силы Литвы приходилось изучать, используя в основном легальные возможности, а также по косвенным данным, полученным из других стран. Однако в одной области был достигнут успех и даже взаимопонимание с Генштабом Литвы, который санкционировал ведение с литовской территории разведку против Польши. Используя давнее, точнее, вечное соперничество этих двух государств, представители Разведупра заключили с Генштабом Литвы неофициальное соглашение об обмене разведданными по польским вооруженным силам.

В очень сложной обстановке пришлось работать советской военной разведке в Эстонии. Активность контрразведки и террор против членов компартии создали крайне трудные условия для агентурной работы в этой стране. Немногочисленная агентурная сеть, организованная в 1922 г., после неудавшегося 1 декабря 1924 г. вооруженного восстания в Таллинне была почти полностью утрачена. К концу 1925 г. у Разведупра в Эстонии осталось только пять глубоко законспирированных агентов-источников, которые, впрочем, добывали ценную информацию по вооруженным силам и военно-политическим вопросам.

Скандинавия

Наиболее пристальное внимание из всех скандинавских стран Разведуправление РККА уделяло Финляндии. Это было связано и с тем, что наша страна имела с Финляндией общую границу, что на ее территории нашла прибежище многочисленная белая эмиграция и что военная разведка Финляндии активно помогала всем противникам Советской России.

Первый резидент в Финляндии Рихард Венникас, прибывший в страну в сентябре 1921 г., вскоре сообщил в Центр данные о численном составе резидентуры. В его распоряжении имелось несколько десятков агентов и источников, а также налаженная система связников, групповодов и хозяев конспиративных квартир. Среди источников Венникаса были как финские сотрудники различных «силовых» ведомств, так и русские белоэмигранты.

В апреле 1922 г. в Финляндию военным атташе назначают А.А.Бобрищева, а новым резидентом Разведупра становится помощник военного атташе Август Яковлевич Песс (в будущем ближайший помощник Я.Берзина, один из руководящих сотрудников Разведупра), работавший под именем Августа Лиллемяги. Песс изменил организационную структуру резидентуры. Вместо пяти групп агентов он создал одну и сократил численный состав до 20 человек, исключив из нее наименее ценных людей. Эта резидентура просуществовала до 1927 г. и работала достаточно успешно. Однако самому Пессу повезло гораздо меньше. В 1923 г. в результате провала разведгруппы Р.Дрокилло его выслали из Финляндии.

После этого провала военный атташе Бобрищев, принявший на себя руководство резидентурой, провел реорганизацию разведывательной работы. Финляндия была разбита на 11 секторов с резидентурами в городах Выборге, Тамерфорсе, Або, Гельсингфорсе (Хельсинки), Ганге, Вильмансранде, Тавастгусте, Бьернеборге, Раумо, Лахти и Торнео. Впрочем, и эта реорганизация не спасла от провалов. Так, в 1929 г. из Финляндии был выслан резидент Н.Смирнов, объявленный персоной «нон грата» после ареста нескольких его агентов.

Что касается Швеции, то организацией там агентурной сети в занималась разведка Петроградского военного округа еще в 1920 г. В октябре-декабре 1920 г. резидент дал первые агентурные материалы. А после учреждения в Швеции аппарата военно-морского атташе решение разведывательных задач было возложено на него — Швеция не считалась нашим вероятным противником, и поэтому нелегальная агентурная работа против нее была прекращена и не велась до 1927 г. Впрочем, без провалов не обошлось и здесь. В декабре 1927 г. военно-морского атташе Павла Ораса выслали из Швеции в связи с арестом шведского артиллерийского офицера запаса Геста Норберга и его жены, которые являлись агентами Ораса и поставляли ему сведения и документы секретного характера. Норберг, попавший под сокращение в шведской армии, сам явился к Орасу и предложил свои услуги.

Против Дании и Норвегии Разведупр также не вел разведку, поскольку воевать с СССР они явно не собирались.

Agentura.ru 2022